История героя
Райя Оплаканная
Духи леса · Атака
«Она первой приютила и выслушала меня. Многие духи леса говорили, что, не будь я эльфийкой, они бы убили меня прямо на границе. А Райя была доброй и приветливой. Она была немного не от мира сего, как и другие обитатели Туманного леса, но в то же время абсолютно непохожа на аравийцев. Она сопереживала нашей борьбе с коварным Кейроком. Она верила в объединение эльфов Анхельта и Пелтаса. Мы вместе планировали обращение к духам леса. А затем пришло зло. Райя превратилась в ужасного монстра. Она была моей подругой. А теперь я должна ее уничтожить».
– Таленна Вещунья
*
Регион Туманного леса, которым правила Райя, считался утопией даже по меркам самих его обитателей. Это место с невероятной флорой и фауной стало убежищем не только для эльфов, но и для фей. Трава была мягче аравийского шелка, кристально чистая вода обладала целебной силой, а пение птиц могло довести до слез даже самых закаленных воинов.
Это всё было делом рук Райи. Ее любовь к Туманному лесу уступала лишь заботе о своем народе. Однако она не была слабохарактерной. Ее способность поддерживать такую удивительную экосистему сочеталась с умением лавировать в сложных политических интригах двора. При этом Райя не шла на уступки в том, что было для нее важнее всего. Она пользовалась невероятным уважением за свои таланты, авторитет и мудрость.
Узнав о распространении зла, Райя немедленно приказала собрать всех воинов. Затем она отправила гонцов, чтобы предупредить каждое поселение в лесу. Райя и сама взяла в руки оружие и в тот же день убила первого падшего.
Печаль и отчаяние терзали ее сердце. Некогда великолепные пруды превратились в бурлящие лужи багряной смолы, а величественные деревья покрылись пульсирующими лианами. Каждая ветвь была сломана или искривлена. Однако это зрелище не вызвало у Райи слез. Она продолжала бороться.
Какое-то время все верили, что благодаря неустанным усилиям Райи духи леса одержат победу. Но однажды ее Ритм поглотило зло. Ее глаза и вены стали кроваво-красными. Извивающиеся багровые щупальца обвили ее головной убор, одежду и оружие.
После этого зло начало распространяться с двойной скоростью. Оскверненный Ритм Райи нарушал естественный ход вещей. Если бы не ее сын, Фолан Сребророгий, весь лес пал бы под натиском тьмы. Когда сам Фолан был сломлен, надежды почти не осталось. У Таленны Вещуньи и Валларина Уравнителя есть отчаянный план, и это их единственный вариант.
Все считают, что Райя безвозвратно потеряна. Никто не знает, что от ее прежнего «я» всё же остались проблески. Вспышки эмоций, незаконченные мысли. Их недостаточно, чтобы побороть зло. Но достаточно, чтобы понять, кем она стала и какие ужасы творит. Зло настолько сильно поглотило Райю, что она испытывает лишь неутолимое желание убивать.
Текст: Plarium, RAID: Shadow Legends — официальная локализация.
Текст в оригинале (EN)
‘She was the first to take me in and hear my words. Many Sylvan nobles insisted that had I been anything other than an Elf, they would have had me killed at their border. Rhaia was kind and warm. Still otherworldly, like every other being of the Mistwood; an Elf yet so different from Aravians. She cared for our plight with treacherous Kaerok. She saw potential in uniting Elves of Anhelt and Peltas. We planned together an address to the Sylvan Court itself! Then the Corruption came. Rhaia was made a most terrible monster. She was my friend. Now I must destroy her.’
– Talenna Soulseer
*
The region of the Mistwood ruled by Rhaia was a verdant paradise even by the standards of the Mistwood. Flush with flora and fauna of unimaginable variety, it was a haven not just for Elves but also for a great many Fae. The grass was softer than Aravian silk, the crystal-clear water healing and fortifying, and the birdsong could bring hardened warriors to tears.
Rhaia was the conductor and enabler of it all, her love of the Mistwood surpassed only by care for her people. She was no soft-heart, however. Her ability to nurture such a wondrous eco-system was matched by her ability to maneuver through the complex politics of the Sylvan Court without compromising on what mattered most to her. For all her talents, natural authority and wisdom, few commanded as much respect as Rhaia.
When she heard the Corruption had burst in her lands, Rhaia immediately ordered the muster of every warrior, and sent messengers to warn every leaf-village and bough-settlement. She herself took up arms and that very day culled her first Corrupted.
Sadness and despair wrenched her heart as she saw once resplendent ponds turned into sucking, bubbling pools of crimson pitch, or once-glorious trees strangled with pulsating red vines, their every branch broken and twisted. The sight did not make her cry. She fought.
For a time, no one doubted that Rhaia’s tireless efforts would see the Sylvan victorious. Then she fell, her Rhythm becoming intertwined with that of the Corruption. Her eyes and veins turned blood red. Reaching, grasping, wriggling crimson tentacles and feelers entwined her headdress, bodice, and weapons.
The Corruption’s spread doubled after that, Rhaia’s own Corrupted Rhythm disrupting the natural Rhythm all around her with a sickening dissonance. Were it not for her son, Folan Silverhart, who fought on, the whole domain would have swiftly fallen. When Silverhart himself succumbed, hope all but turned to ash. Talenna Soulseer and Vallaryn the Equalizer have a desperate plan, and that is it.
Everyone thinks Rhaia is lost. No one knows flickers of her old self remain, like fragments of a long-decayed tome. Flashes of emotion, words of incomplete thoughts. Not enough to fight back with. Enough to know what she had become, and what horrors she was inflicting, the Corruption strong enough for her to feel the desire to kill and destroy.