История героя
Джизох
Ящеролюды · Защита
Джизох родился в канализации вольного города Арнока. Ящеролюды в этом так называемом вольном городе были в жалком состоянии после войны Гаэллана. Они выполняли самую тяжелую работу, их загоняли в трущобы или канализацию подальше от людей. Они были немногим лучше рабов.
Джизох был одним из самых больших и сильных участников своего клана. Но к большому разочарованию многих, он не использовал свои природные данные в их интересах. Его клан боролся за более выгодное социальное положение, но Джизох был очарован безделушками, которые находил во время работы. Он стал одержимым миром людей, постоянно ускользая из канализации, чтобы посмотреть на оживленный городской рынок. Во время одной из таких вылазок он увидел уличного торговца, продающего картины и скульптуры.
В ту же секунду Джизох влюбился в искусство. Словно муза посетила его. Он изменился навсегда. Джизох пошел домой и начал изготавливать поделки, используя все подручные инструменты.
Джизох запирался в своей импровизированной мастерской иногда на несколько дней. Он плавил столовое серебро и смешивал самодельные красители и краски. Ящеролюд уходил из трущоб по ночам, чтобы найти больше материалов. Однажды его чуть не поймали. При побеге он уронил одну из своих скульптур. Его простую деревянную поделку нашла маленькая девочка. И была от нее в восторге. Увидев восхищение на ее лице, Джизох испытал невероятную гордость. Он начал вырезать маленькие фигурки и оставлять их на видном месте, чтобы девочка их нашла. Она радовалась каждому новому сокровищу, иногда оставляя новому знакомому немного еды взамен. Иногда они даже перебрасывались парой слов, хотя Джизох тщательно скрывался. Девочка часто грустила, несмотря на свою красивую одежду и богатые угощения, которые она ему оставляла. Общение с ней приносило ему радость и помогало найти творческую музу.
Однажды она увидела Джизоха, когда он оставлял ей последнее творение. Он быстро отступил в тень, испугавшись, что она увидит его и испугается. Но она не видела в нём монстра. Маленькую девочку не заботила внешность Джизоха. Ей было интересно только его искусство, обогатившее ее жизнь. В этот момент мир стал похожим на сон, в котором Джизох был гордым защитником невинного ребенка и художником, свободным и уважаемым.
Джизох слишком долго позволил фантазии заменять реальность. Поимка ящеролюда, когда он разговаривал с ребенком, была неизбежной. Именно тогда он узнал, что она племянница Баннерета. Когда люди узнали, что ящеролюд пытался общаться с представительницей высшего класса, ярость их не знала границ. Джизох был подвергнут пыткам за свои преступления. Когда стражи поняли, что ему не в чем было признаваться, то обвинили ящеролюда в воровстве. Наказание было незамедлительным: ему отрубили руку по локоть и бросили его в камеру.
Даже в плену Джизох продолжал заниматься своим ремеслом. Его инструменты были грубыми, а тематика картин довольно унылой, но он продолжал рисовать. Его муза изменилась, пока он был в заточении. Теперь он мечтал не о мире, в котором он был бы свободен, а о таинственной фигуре в золотых доспехах, зовущей на помощь...
Текст: Plarium, RAID: Shadow Legends — официальная локализация.
Текст в оригинале (EN)
Jizoh was born in the sewers of the Free City of Arnoc. The Lizardmen in that so-called Free City were in a miserable state after the Gaellen War, forced to work hard labor, shoved away into ghettos or sewers out of sight of the human overlords. They were little better than slaves.
Jizoh himself grew into one of the biggest and strongest members of his clan, but, much to their dismay, he didn’t use his natural gifts to their advantage. While they clawed to secure a better position in Arnoc’s brutal underclass, Jizoh was fascinated with the discarded trinkets and accessories he found as he went about his petty labors. He became obsessed with the Human world, constantly sneaking away from his sewer home to spy on the busy uptown marketplace. On one such trip, he saw a street vendor selling art – paintings and sculptures that the man had created.
Jizoh, in that moment, fell in love with art. It was as though a muse had visited him and tapped him on the shoulder. He was changed forever. Jizoh went home immediately and began crafting with whatever tools he had on hand.
Jizoh locked himself away for days at a time. He melted down silverware, and mixed up homemade dyes and paint. He began sneaking out of the ghettos at night to find more materials. Once he was almost caught, dropping one of his sculptures – a simple wood carving – as he escaped. A little girl found it and was taken with it. Seeing the admiration in her face was another turning point for Jizoh. He began carving small pieces and leaving them for her to find, and she giggled at each new treasure, sometimes leaving him some food in return. They even spoke, on occasion, exchanging a few words, though Jizoh was careful to keep himself hidden. He learned she was often sad, despite her fine clothes and the rich quality of the treats she left him. Her companionship became a great boon to him, and helped him find his creative muse.
One day, she found him as he was leaving her his latest creation. He quickly retreated to the shadows, terrified that his new friend would see him, and know him for a monster. She found no monster at all. The little girl cared not for Jizoh’s appearance; she only cared for how his art had enriched her life. In that moment, the world became so strange it was as if Jizoh had slipped into a dream – one where he was a proud protector of an innocent child, and an artist, free and respected.
Jizoh allowed himself to succumb to his fantasy a little too long. Inevitably, Jizoh was caught speaking to her. It was then that he learned who she was: the niece of a Banner Lord. Upon the discovery of a Lizardman fraternizing with a member of the superior classes, wrath came down quickly. Jizoh was tortured for his crimes by the city militia, but when he had no evil crimes to confess, they decided that he was a thief, and punished him as one: they cut off his arm at the elbow and threw him in a cell.
Even in captivity, Jizoh pursued his craft. His tools were crude, and his subjects bleak, but he painted, still. His muse changed while he was imprisoned: though he could not explain, he no longer dreamed of a world where he was free, but a mysterious figure – one clad in golden armor, calling out for help…