История героя
Гругта Мраковидица
Племена огринов · Атака
«Гругта и мракоеды из Штормовых пустошей были печально известными фанатиками Сайрота. В период Второй великой войны об этих бойцах, намеренно ослепленных кипящей смолой, но при этом обладающих невероятным мастерством, ходили легенды. Даже спустя десятилетия огрины во всем мире называют мракоедами предателей, фанатиков или маньяков. Я знаю об их злодеяниях не понаслышке.
Эти головорезы захватили меня в плен во время провальной кампании генерала Аалвена в Пустошах. Вместе с двумя другими пленниками, дворфом и орком, меня отвели ко входу в огромный грот, где мы спустились в кромешную тьму. Чтобы сохранить самообладание и спланировать побег, я незаметно наложил заклинание, что позволяло мне видеть в темноте.
Мы добрались до пещеры, где нас ждал котел со смолой, бурлящей без огня. Могущественная повелительница клана, которую стражники назвали Гругтой, начала проводить ритуал. Она упомянула о соглашении: воины ослепили себя кипящей смолой, чтобы «жить в глубокой тьме» и «быть верными Сайроту».
Взамен он наделил их «темным видением», которое, как я понял, представляло собой некое сочетание магии и усиления оставшихся чувств. Мне так и не удалось выяснить, как именно воины развивали эту способность.
Гругта продолжила свою речь, объясняя последователям, что они отвергли «ложь света, обман глаз». По ее словам, только тень могла открыть истины мира. Затем, к моему ужасу, стражники по очереди схватили орка и дворфа.
Я лихорадочно пытался придумать, как спасти этих бедолаг и себя самого. Каждая идея выглядела менее осуществимой и более рискованной, чем предыдущая. Одним или двумя заклинаниями я мог оглушить или связать несколько огринов, но не всю группу. А сама Гругта, будучи своего рода шаманкой, вполне могла обезвредить мою магию. У меня отобрали нож. И даже если я бы сумел найти оружие, у меня не было ни единого шанса выстоять против такой толпы. Всё, что мне удалось сделать, это наложить на пленников заклинание летаргии, чтобы их смерть была безболезненной.
Беспомощный, я видел, как заключенных погрузили головой вниз в котел с кипящей смолой – тем самым веществом, которым, как я полагаю, Гругта и ее последователи лишили себя зрения. Я молился, чтобы пленники не очнулись до того, как погибнут, ведь это, несомненно, было бы адской мукой.
Когда заключенные умерли, их бросили последователям Гругты. Огрины разорвали и съели тела, а покрытые смолой головы оставили в качестве трофея. Пока мракоеды ликовали, я решил воспользоваться шансом и сбежать. Я освободился от пут с помощью простого заклинания и, полагаясь на магическое зрение, прокрался обратно тем же путем, которым мы пришли.
Я никогда не видел ни такого отвратительного зрелища, ни столь ужасного служителя тьмы, как Гругта Мраковидица. Меня постоянно мучают кошмары. Кроме того, я не могу путешествовать кораблем или посещать верфи, потому что тамошний запах смолы вызывает тошноту и страх».
– Отрывок из мемуаров Парвикла, мага и исследователя, в последнее время проживавшего в Деланосе
Текст: Plarium, RAID: Shadow Legends — официальная локализация.
Текст в оригинале (EN)
‘Grugtha Darkseer and her Gloom-Eaters of Stormwind were infamous fanatics of Siroth. Tales of their warriors, deliberately blinded with scalding tar yet able to fight with uncanny skill, were known far and wide during the Second Great War. Even today, decades later, Ogryn all over the world use the term ‘gloom-eater’ as a byword for a traitor, fanatic, or maniac. I know of their wickedness firsthand.
I was captured by the brutes during General Mayal Aalwaen’s failed campaign in the Wastes during the height of the conflict. I was taken with two fellow prisoners, a Dwarf and an Orc, to the mouth of a great grotto, where we descended into utter darkness. I, however, surreptitiously cast a spell of dark-vision as we descended, the better to keep my wits about me and plan an escape.
We arrived at a cavernous space where there awaited us a cauldron of pitch, bubbling with heat even though the light of a fire beneath was altogether absent. The mighty matron of their clan, hailed as Grugtha by my guards, began the ritual. She invoked the covenant they had made: they had blinded themselves with their notorious eye-plugs of boiling pitch, enduring the searing pain and loss of sight, so that they ‘might live in deeper darkness’ and ‘cleave unto Siroth’.
In exchange, Siroth had granted them all ‘shadow-sight,’ which I inferred to be some combination of magical attunement and the heightening of the remaining senses. The true details of how they cultivated their blind-sight eluded me.
Grugtha continued her tirade, explaining to her faithful that they had rejected ‘the lies of the light, the falsehoods of the eye.’ In Shadow, she said, were the only truths of the world. Then, to my horror, they seized first the Orc and then the Dwarf.
My mind was racing with desperate plans to save these poor wretches and myself. Each seemed more unlikely and hazardous than the last – a spell or two could possibly stun or bind one or two Ogryn, but not the whole mob, and Grugtha herself, being a shaman of sorts in my reckoning, might be able to dispel my magecraft. My humble knife had been taken from me, and even if I could somehow arm myself, I knew I stood no chance against so many enormous brutes. All I could do was cast a subtle spell of torpor upon my fellow captives, so that they would die insensible to fear and pain.
Helpless, and able to see their fate in the dark, I watched as the prisoners were executed by submersion – head-first – in the Gloom-Eater’s bubbling cauldron of ritual tar – the same substance, I presume, that Grugtha and her Ogryn used to blind themselves. I pray they did not awaken from my spell before death came to them, for surely it would have been the most diabolical agony.
After each had expired, they were tossed to Grugtha’s raving masses of Ogryn followers, who tore apart and devoured the corpses, leaving the tar-coated head as a trophy. While the Gloom-Eaters were reveling in their sacrifices, I realized it was my best chance to escape undetected. I slipped my bonds with a simple cantrip and, relying on my magical vision, crept back the way that we had come.
Never have I seen so depraved a sight, nor a worshiper of Darkness more awful than the horrid Grugtha Darkseer. Nightmares revisiting the experience beset me regularly, and I cannot abide travel by ship or attendance at the dockyards, for the smell of sailor’s tar fills me with sickness and dread.’
– An extract from The Memoirs of Parvical Lowes, Mage-Scholar and Explorer, Lately of Delanos