История героя
Гинро Аист
Воины сумрака · Защита
С появлением автократии Микаге феодальная система, которая существовала в Якае на протяжении многих поколений, рухнула. Многих лордов и дворян казнили, некоторым удалось сбежать. В королевстве установился новый режим. Хотя ничего не помешало Микаге захватить власть, были и те, кто оказывал сопротивление.
Среди них – Гинро Аист из западных окраин. Он был готов пойти на жертвы, необходимые для борьбы с Микаге. Гинро, младший ребенок в семье мелкого дворянина, казалось, был создан для комфорта. Мало кто считал, что в его жизни будут какие-то особые события, кроме женитьбы. Но Гинро хотел добиться признания своими силами. Вопреки желанию семьи, он отказался от помолвки. Вместо этого он усердно обучался владению копьем, оттачивая умения до совершенства. Когда был похищен новорожденный сын крупного дворянина Якая, Гинро решил, что пришло его время показать себя.
На протяжении пяти дней он наблюдал за преступниками, отслеживая их путь к логову в Туманных горах. Дождавшись глубокой ночи, он прокрался в лагерь похитителей и зарезал их, прежде чем они успели вытащить оружие. Затем Гинро взял на руки младенца и отнес его назад в семью. За это его окрестили Аистом и подарили ему маску и доспехи из перьев, которые стали его символами. Со временем Гинро женился на девушке из этой же семьи. У них родилась дочь Сана.
Когда Микаге начали чистку среди дворян Якая, Гинро удалось сбежать вместе с женой и ребенком. Но другие члены его семьи были убиты. Являясь последним наследником своего рода, он собрал выживших воинов на зеленых холмах Цзуа. Гинро отказался подчиняться новым «хозяевам» и убил их гонцов. В его голове созревал план мести. В течение последующих недель те, кому также удалось сбежать, узнали о сопротивлении Гинро. Его армия росла. К нему присоединялось всё больше изгнанников. В ходе активного обсуждения плана мести стало ясно, что предпочтение отдавали тотальному наступлению. Либо они избавятся от Микаге, либо гордо умрут в бою.
Изгнанники знали, что Микаге попробуют быстро подавить любое зарождающееся восстание. Они пришли к выводу, что нужно первыми нанести стремительный удар. Их небольшая армия должна была отправиться в поход на Чезоа – город, где располагались правители автократии, – в первое утро после новолуния. Накануне отъезда после долгих печальных прощаний солдаты отправили свои семьи в безопасное место в Туманных горах. Гинро присел рядом с Саной. Прощание тяжело давалось им обоим. Заплаканная девочка подарила отцу свою куклу и сказала, чтобы он всегда держал игрушку при себе. Гинро поцеловал дочку и прицепил ценный подарок к поясу. Позже он заснул беспокойным сном. Его не покидал страх, но вера в необходимость противостоять силам Сайрота была непоколебима.
Когда Гинро проснулся, было еще темно. Он лежал в тишине и ждал рассвета. Вдруг послышались крики и звон стали. На его лагерь напали. Он вылетел из своей палатки и бросился в бой. Бешено размахивая копьем, Гинро уничтожил десятки озверелых демонов Микаге. В то же время он пытался сплотить войска. Когда к борьбе присоединилось больше демонов, Гинро старался подавить в себе чувства безысходности и отчаяния. Он продолжал отбиваться, даже когда его воины бросали оружие и умоляли оставить их в живых. Гинро знал: величественное королевство Якай существует, пока он борется. Именно это упорство и желание противостоять тьме побудило Арбитра вмешаться.
Когда враги окружили Гинро, она явилась перед ним и предложила поместить его душу в осколок. Так он смог бы выжить и однажды продолжить борьбу со злом. Гинро знал, что в случае отказа его ждала неминуемая смерть. Кроме того, это был единственный шанс снова увидеть Сану. Он согласился на предложение Арбитра и поклялся создать лучший мир для своей дочери.
Текст: Plarium, RAID: Shadow Legends — официальная локализация.
Текст в оригинале (EN)
With the rise of the Mikage Autocracy, the feudal system that had governed Yakai for generations crumbled. The lords and nobles of the kingdom were all either executed or fled, and in its place a central regime was established. Though nothing ultimately prevented the Mikage from seizing power, there were some who resisted.
In the western borderlands, Ginro the Stork was one such individual willing to make the sacrifices necessary to stand against the Mikage. The youngest child of a lesser house, Ginro seemed destined for a life of comfort and ease. Few among the nobility expected him to make much of his life outside of marriage, yet Ginro wanted to earn his status through his own achievements. Forgoing his family’s wishes of betrothal, he instead spent his time diligently training with the spear, honing his technique so that he could wield the weapon with deadly precision. When the newborn son and heir to one of Yakai’s major noble houses was abducted by bandits, Ginro saw the opportunity to prove the righteousness in his decisions.
For five days he hunted with little food or sleep, tracking the bandits to their hideout in the Cloudspire Mountains. There Ginro waited until the dead of night, and when the moon was at its highest he slipped into their camp and slit their throats before they could even draw their weapons. He took the captive infant up in his arms and delivered the baby safely back to his family. For this deed, he was pronounced Ginro the Stork, and gifted the decorative mask and feathered armor that became his signature. In time, he married a daughter of that same house, and together they had a child, Sana.
When the Mikage started their purge of Yakai’s nobles, Ginro managed to escape the initial slaughter with his wife and child, though the rest of his family were all massacred. In the verdant Tszua Hills, he took up his family’s crest as its last heir, marshaling his surviving loyal forces. There he refused the call to bow to his new ‘masters’, sending back their messengers without their heads, while planning his retaliation. Over the coming weeks, others who had escaped heard of Ginro's resistance, and his army swelled. As more exiles joined him, and the plan to fight back against the Mikage was vigorously debated, it became clear that one course of action was favored: all-out attack. One great effort to rid Yakai of the Mikage, or death in glory trying.
Knowing that the Mikage would want to crush any nascent rebellion swiftly, the exiles decided they had to strike first and fast. The date was set for the ramshackle forces to march on Chezoa, the city the Mikage had chosen as their first seat of power, on the first morning of the new moon. The evening before their departure, after many sorrowful farewells, the soldiers’ families were sent away into the Cloudspire Mountains for their safety. Ginro sat down with his daughter Sana to wish her goodbye, the finality of the moment gripping both of them tight. Her tears glistening in the moonlight, she gifted him her doll, telling him to always keep it with him, so that they would never be apart. He kissed her and attached the precious gift to his belt, and later slept full of fear and uncertainty, but steadfast in his belief that he must stand against Siroth’s forces.
Ginro awoke, gripping his spear tightly, when it was still dark. He lay in silence, waiting for dawn to arrive, until his waiting was interrupted by screams, and the clash of steel. His camp was being attacked. He burst out of his tent, launching himself into a storm of blades, screams, and blood. Whirring his spear in a frenzy, he cut down scores of rampaging Mikage Demonspawn, all the while attempting to rally his troops. As countless more Demonspawn joined the bloodshed, Ginro fought with all his might to resist the hopelessness and despair that was spreading. Even as his warriors around him dropped their weapons and begged for their lives he fought, knowing that as long as he stood the glorious kingdom of Yakai would never truly fall. It was this tenacity, this will to face down evil, that prompted the Arbiter’s intervention.
Appearing before Ginro just as his opponents finally surrounded him, she offered to place his soul into a Shard, so that he may survive, and face down evil once again some day. Knowing that certain death awaited him should he refuse, and that this was the only chance to see his daughter again, Ginro accepted, vowing to help create a better world than the one she had to endure.