История героя
Джамарса
Варвары · Поддержка
Среди кочевых кланов в пустыне Крохан живет немало прорицателей – от медиумов до небесных чаровниц. Под палящим солнцем процветают всевозможные секты, культы и верования. Некоторые из прорицателей более приспособлены к холодным ночным периодам. Но никто из них не могущественен так, как Джамарса, дочь луны и служительница Всевидящего ока.
В детстве Джамарса потерялась во время сезонной миграции клана и чуть не погибла. Она бродила среди зыбучих песков до наступления ночи. Над пустыней взошла яркая полная луна. В отчаянии Джамарса обратилась с молитвой к серебристому светилу, видя в его сиянии символ божественной сущности Люмаи. Возможно, так оно и есть, ведь помощь все-таки появилась. Джамарсу обнаружила и спасла старая прорицательница ночи. Она приняла девочку к себе и взялась за ее обучение.
Джамарса быстро осваивала искусство пророчества, задействовав темноту и лунный свет. Когда она предсказала смерть своей учительницы, старая пророчица объявила об окончании учебы. Женщина передала Джамарсе две самые ценные реликвии: Всевидящее око и лунную частицу, упавшую в самом сердце пустыни на глазах прорицательницы.
С тех пор Джамарса промышляла нелегким ремеслом шамана-оракула среди кланов. Лунная магия и почитание ночи – редкость в Крохане. Вскоре Джамарса завоевала репутацию предвестницы рока. В то время как одни желали услышать ее мудрость, другие считали ее служительницей зла и стремились положить конец этим пророчествам.
Джамарса предвидела это и ждала прихода врагов. Когда они окружили прорицательницу и обнажили клинки, неподалеку раздался крик. Нападавшие не знали, что Джамарса незаметно привела их к лагерю Кронэма, вождя местного клана. Он наткнулся на место потенциального убийства и потребовал освободить прорицательницу. Никто не будет убит на территории клана без приказа вождя. Когда нападавшие отказались сделать это и атаковали Кронэма, тот зарубил их пылающими клинками.
Джамарса поблагодарила вождя и рассказала ему многое из прошлого и будущего. Жестокий военачальник был впечатлен. Он попросил Джамарсу остаться в качестве его советчицы и прорицательницы. И она согласилась, ведь знала об этой просьбе заранее.
С тех пор Джамарса редко покидала Кронэма. Благодаря пророчествам и мудрым советам она выступает могущественной союзницей в бою. Джамарса исцеляет лунной силой и убаюкивает врагов магией ночи. Однако ее сумрачных способностей недостаточно, чтобы помочь Кронэму.
Она видела его будущее. Вождю клана известно об этом, но он не расспрашивает Джамарсу, понимая, что она ничего не расскажет, чтобы не нарушить равновесие судьбы. Его уважение к прорицательнице слишком велико, чтобы просить о подобном. Это и к лучшему, ибо Джамарса предвидела смерть Кронэма в бою – жертву, на которую он пойдет ради спасения своего народа. Пророчество о вожде причиняет ей больше боли, чем любое иное. Однако она не теряет надежды, что событие можно предотвратить, даже если за это придется расплачиваться другим.
Текст: Plarium, RAID: Shadow Legends — официальная локализация.
Текст в оригинале (EN)
Many are the seers who live among the Nomad clans of the Krokhan Desert. From the prophetic Spiritwalkers to the dreaded Skytouched Shamans, there are all manner of sects, cults, and belief systems that flourish in the desert’s scorching heat. Some are more attuned to the freezing hours of darkness. None of these believers are as powerful and mysterious as Djamarsa, Daughter of the Moon, Servant of the All-Seeing Eye.
As a child, Djamarsa was separated from her clan during its seasonal migration and nearly perished. Lost amid shifting sands, she wandered until night fell, and the moon rose over the desert, full and bright. In desperation, she prayed to the silvery orb, seeing its silvery brilliance as a symbol of Lumaya’s divinity. Perhaps there is truth to that, for aid did come to Djamarsa. She was found and rescued by an old woman, a seer of the night, who took her in and began teaching her.
Djamarsa progressed quickly, mastering the arts of prophecy by harnessing the hours of darkness and moonlight. When she foresaw the death of her teacher, the older seer announced her student's learning to be complete. She passed her two most precious relics to Djamarsa – the All-Seeing Eye and the Moonlight Fragment, and told her that the latter was a piece of the moon that she herself had seen plunge into the heart of the desert.
From then on, Djamarsa plied a difficult trade as an oracle-shaman among the clans. Moon-magic and night-worship are rare in the Krokhan, and she soon acquired a reputation as a harbinger of doom. While some were eager to hear her wisdom, others saw her as a servant of evil, and sought to end her prophesying forever.
Djamarsa had foreseen their efforts and awaited her attackers. As they surrounded her and drew their blades, a shout came from nearby. Unbeknownst to them, Djamarsa had led them close to the camp of Crohnam, the chieftain of a local clan. He stumbled across the would-be murder scene and demanded Djamarsa be freed, insisting that no one was killed in his territory without his say-so. When her assailants refused and attacked him, he drew his burning blades and cut them down.
She thanked Crohnam and told him many things, of past and future both. Crohnam, though a scarred and brutal warlord, was impressed by Djamarsa, and asked if she would stay and act as his oracle and advisor. She accepted, for she had already foreseen his request.
Since then, Djamarsa has rarely left Crohnam’s side. As well giving him prophecies and wise counsel, she is a powerful ally in battle. She can heal with the power of the moon’s rays and lull enemies to sleep with the magic of the night. Still, all of her darkling abilities may not be enough to help Crohnam to the bitter end.
Djamarsa has foreseen Crohnam’s future, a fact that the clan warlord is aware of, though he has never questioned Djamarsa about it – he knows she would not tell him, as to do so would risk upsetting the delicate balance of fate, and his respect for her is too great to ask such a thing. This is well, for Djamarsa has foreseen Crohnam’s death in battle, a sacrifice made to save his people. Such a vision pains her more than any she has known, yet still she holds out a lingering hope that it might somehow be averted, even if others must pay the price.