История героя
Клео
Оборотни · Атака
Жизнь Клео началась в пустыне Крохан в рядах разбойников Эргкаракк. Между Пустошами и Кроханом у них было несколько лагерей. В этих опасных бесплодных землях легко было скрыть убежища и тайники. Оттуда Эргкаракки нападали на торговые караваны, которые тянулись по изношенным путям центрального Пелтаса. Сражаясь со стражниками караванов, Клео оттачивала боевое мастерство. Она предпочитала копья и древковое оружие. У одного из разбойников Клео переняла знания о чести воров и обычаях преступников: нужно быть справедливым по отношению к товарищам, не общаться с чужаками, а также яростно сопротивляться силам закона, порядка и тирании. Неприветливые земли пустыни научили ее, что природа беспощадна. Для ее наставников образцовыми разбойниками были соколы. Эти хищные птицы всегда наносили удар стремительно и грациозно.
Победы Клео принесли девушке влияние и престиж. Она считала, что место среди лидеров Эргкаракков ей гарантировано. Но авторитетные члены банды завидовали резкому взлету разбойницы. Они договорились, что Клео и ее последователи никогда не подойдут для роли лидеров. Их рассуждения были надуманными. Нельзя было отрицать заслуги Клео. Но старая гвардия хотела на ее примере предостеречь других, кто желал нарушить порядок вещей.
Так Клео попала в ловушку. Патриархи Эргкаракков услышали о сильном дворфе-торговце, который проклинал банду и желал разделить и ослабить ее. Для них это был шанс избавиться от Клео, обеспечив себе алиби. За ее спиной они заключили с дворфом сделку. Клео и ее команду отправили на перехват каравана, который ничем не отличался от других. Как только они напали, из повозок высыпала тяжелая пехота – закаленные в бою люди, орки и дворфы. В ходе ожесточенного сражения выжила одна Клео. Она сбежала вглубь неизвестных ей каньонов.
Раненная воительница чувствовала приближение смерти, проводя дни и ночи среди пустынных оврагов. Она ослабла от голода и жажды. Над ее головой кружили соколы и канюки. Девушка проклинала свою судьбу и предателей, желая задушить старых дураков, которые сделали это с ней. Теперь она поняла, какой глупой была. Несмотря на слабость, Клео нашла в себе силы переломать шеи нескольким подлетевшим к ней стервятникам. Она не ела их мясо, ведь знала, что в сыром виде оно может ей навредить. Три дня Клео лежала, находясь на грани смерти. Тощие стервятники уже не подходили к умирающей девушке, это было опасно. Но появившийся среди них сокол приблизился к разбойнице.
Клео уставилась на птицу. Она вспомнила, как ее вероломные наставники почитали соколов за их охотничьи умения и благородство. Их лица промелькнули перед ее глазами. Достоинства, которым они учили Клео, оказались лицемерной ложью. Девушка собралась с силами и, схватив сокола, убила его руками и зубами. Клюв и когти птицы нанесли ей тяжелые раны. Столкнувшись со смертью и перспективой быть съеденной стервятниками, Клео хотела в последний раз попировать. Она выпила кровь сокола и съела его мясо сырым.
По рассказам, когда Клео выпила кровь птицы, неистовая сила ворвалась в ее тело. Девушка закричала. Испуганные канюки рассеялись огромной тучей. Клео стала оборотнем, гибридом человека и хищной птицы. Восстановив контроль над чувствами и движениями, она поняла, что жизнь подарила ей еще один шанс. Что выберет Клео: кровавую месть или новую жизнь? Это еще не решено.
Текст: Plarium, RAID: Shadow Legends — официальная локализация.
Текст в оригинале (EN)
Cleopterix began her life in the Krokhan Desert among the ranks of a band of highwaymen, the Ergkarakk, who operated out of a number of camps between the Deadlands and the Krokhan proper. In those treacherous badlands, it was easy for them to conceal various hideouts and caches. From there the Ergkarakk swooped in to prey upon merchant caravans trundling along the timeworn trade routes of central Peltas. In skirmishes with caravan guards, Cleopterix honed the arts of combat, preferring spears and polearms as her weapons. From her fellow Ergkarakk she learned the honor of thieves and the ways of a family of outlaws: fairness to her brothers and sisters in banditry, stony silence to all outsiders, and violent resistance to the forces of law, order, and tyranny. From the desert and badlands, she learned the lessons of nature’s merciless trials. Her mentors called the falcon the model bandit, for the predatory birds they often saw hunt always struck from on high with speed and grace.
Cleopterix accumulated influence and prestige due to her victories, and thought that a place on the council of Ergkarakk leadership would surely await her. But her rapid rise caused jealousy in the more established of her band. Together, they agreed that while changes in leadership were to come, Cleopterix and her followers would never be suitable power-holders. Their reasoning was spurious and Cleopterix’s merits were undeniable, but it was the will of the old guard that she be made an example of, a warning to others tempted to risk upsetting the order of things.
And so it happened that she fell for a trap. The Ergkarakk patriarchs heard of a powerful Dwarven merchant-prince who loathed the band and plotted to divide and weaken them. Seeing a chance to rid themselves of Cleopterix and maintain an alibi, the band's leaders struck a deal with the Dwarf behind her back. Cleopterix and her loyal raiders were sent to intercept a caravan that resembled any other. Not long after their attack began, previously concealed elite heavy infantry comprising battle-hardened Humans, Orcs, and Dwarves poured forth from the wagons. After heavy fighting, Cleopterix alone survived, having fled deep into canyons that were unknown to her.
Wounded and without provisions, Cleopterix felt doom creep close as a day and a night passed in those barren chasms. Thirst and hunger weakened her, and falcons and buzzards circled overhead. She cursed her fate and her betrayal again and again, wishing she could strangle the foolish old leaders of the Ergkarakk who did this to her, for by now she realized her folly. Though weak, she summoned the strength to break the long, spindly necks of the handful of vultures that came near her. She did not eat their flesh, for she knew that when raw, it would sicken her. For three days, Cleopterix lay in a stalemate between death and its carrion birds. The scrawny vultures had by now learned that though Cleopterix was dying, she was still too dangerous to go near. Then a falcon swooped down among the vultures, unaware of what they knew, and approached her.
Slipping into delirium, Cleopterix stared at the bird. She recalled how her treacherous mentors revered the falcon for its virtue in hunting and its noble, handsome lines. Their faces flashed before her eyes. The virtues they had taught her had been the lies of hypocrites. With a last burst of vigor, she seized the falcon just like she did the vultures, and killed it with her hands and teeth, suffering grievous wounds from its claws and beak in the struggle. Facing death and the horror of being eaten by the vultures, she wanted to feast one last time. She drank the falcon’s blood and ate its flesh raw, as a last, savage act of living before death could finally take her.
Stories tell of how when Cleopterix drank the bird’s blood, a wild and furious power rushed into her and thrashed within her being, fighting for dominance, demanding a place. She screamed to the sky and the buzzards dispersed in a massive cloud, squawking in panic at what had been created. For she was now a Skinwalker, a hybrid of raptor and Human, and when she fully regained control of her body and her senses, she found a new chance at life had been granted to her. Whether it will be a life of bloody vengeance or a journey on a new and different path is a question whose answer is unfolding even now.